18 +
Поиск

Значение экспорта нефти через Черное море не стоит преувеличивать, отметил в комментарии для ФБА «Экономика сегодня» заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов.

Значение экспорта нефти через Черное море не стоит преувеличивать, отметил в комментарии для ФБА «Экономика сегодня» заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов.

Природоохранная прокуратура организовала проведение проверки по разливу нефти в Черном море в Туапсе. Так государственные органы отреагировали на информацию в социальных сетях о появлении нефтяной пленки в акватории.

Проблема будет решена – такие прецеденты периодически случаются из-за того, что через Черное море идет часть российских поставок нефти на мировой рынок. Отечественная нефтепроводная система имеет две точки выхода в регионе – Туапсе и Новороссийск.

Через Черное море в 2016-2017 годах шло 30% экспорта российской нефти и 70% казахстанской – данными нефтепроводами пользуются не только российские компании. «Коронакризис» поменял цифры, но направление остается важным, хоть и не основным.

Из-за этого про энергетический экспорт РФ вспоминали во время аварии на Суэцком канале и очередных заявлений в Турции – президент Реджеп Тайип Эрдоган заявил о намерении построить искусственный дублер Босфора и Дарданелл.

Россия планирует заменить трансферт по направлению Черное море – Босфор – Суэцкий канал на Северный морской путь, но потребители российской нефти разные, из-за чего этот маршрут в будущем также сохранится, пусть и его объемы могут снизиться.

Время ожидания российского танкера перед проходом через Босфор и Дарданеллы составляет до 13 дней. Рентабельность поставок через Туапсе и Новороссийск зависит от этого – в 2019 году в моменте удавалось сократить время простоя до 4 дней.

«Черноморский бассейн не является главным направлением грузопоставок российской нефти на мировой рынок, но преуменьшать его значение не стоит, пусть Балтийское море и Дальний Восток стоят выше», - констатирует Фролов.

В 2019 году – до «коронакризисной» редакции ОПЕК+, таможенный объем экспорта российской нефти составил 266,2 млн тонн. После того, как Москва согласилась сократить добычу нефти, то экспорт, главным образом, уменьшился по танкерным поставкам.

Главными пострадавшими стали не экспортные нефтепроводы, а российские наливные терминалы на Балтийском и Черном морях, но ситуация меняется и экспорт через морские терминалы постепенно оживает, пусть и в Черном море есть ограничения.

«На Черном море осуществляется торговля как нефтью, так и нефтепродуктами – присутствуют прямые поставки в Румынию и другие государства. В регионе имеет место бункеровка судов, т. е. заправка их необходимым топливом», - резюмирует Фролов.

Из Черного моря есть выход в Средиземноморье и Суэцкий канал, но для поставок на азиатско-тихоокеанский рынок наши компании в основном используют порты Дальнего Востока, тем более они расположены ближе к основным месторождениям.

Существует фактор Южной Европы, но главный нефтяной наливной терминал для европейского рынка в РФ пока находится в Приморске.

«На большинство целевых рынков в РФ проложены трубопроводы. Есть «Дружба» и восточная система нефтепроводов, называющаяся «Восточная Сибирь – Тихий океан». Это позволяет Москве развернуть поставки нефтепроводным транспортом как на Запад, так и на Восток. Для России данные пути имеют основополагающее значение в экспортном плане», - заключает Фролов.

В перспективе вырастит значение портов Ленинградской области и северных терминалов. Россия все дальше уходит на Север и открывает там новые месторождения – ярким примером являются энергетические проекты на Ямале.

С северных месторождений возможна как загрузка танкеров на месте, так и промежуточные поставки через нефтепроводы. Так нефть может сразу уйти через «Дружбу» в Европу или быть загруженной в танкер в терминалах Приморска или Новороссийска.

Экономически рентабельней тянуть нефть до Северо-Запада, а не на российский юг – в Туапсе или Новороссийск.

«В северных регионах создается нефтетранспортная инфраструктура, завязываемая на поставки морем. На месте строятся терминалы, на которых нефть загружается в танкеры, увозящие сырье на мировый рынок», - констатирует Фролов.

Растет значение Северного морского пути – в будущем он станет основным направлением экспорта российских энергоресурсов. Это произойдет даже в том случае, если проекту не удастся перехватить значительные объемы международного фрахта.

«Перед нефтяными компаниями поставлена государственная задача загружать Северный морской путь, он должен позволить России работать как с западным, так и с восточным направлением», - резюмирует Фролов.

Перед нами серьезное преимущество даже по сравнению со стратегическими нефтепроводами, позволяющими поставлять нефть только туда, куда они проложены. Северный морской путь максимизирует возможности российского нефтяного экспорта.

«Значение южного российского направления в нефтяном экспорте по сравнению с Северо-Западом и Дальнем Востоке невелико, даже если говорить про чистые объемы загрузок нефтью», - заключает Фролов.

Главными факторами здесь являются отдаленность месторождений и сравнительно ограниченный спрос.