18 +
Поиск

Попытка увязать обе ситуации: кризис в отношениях Минска и Запада с БелАЭС – это эмоциональный жест, потому что никаких санкций против участников строительства станции не будет, отметил в разговоре с ФБА «Экономика сегодня» политолог Андрей Стариков.

Попытка увязать обе ситуации: кризис в отношениях Белоруссии и Запада с БелАЭС – это эмоциональный жест от бессилия, потому что никаких санкций против участников строительства станции со стороны Запада не будет, отметил в разговоре с ФБА «Экономика сегодня» политолог Андрей Стариков.

Премьер-министр Литвы Ингрида Шимоните призвала Евросоюз оценить возможность введения санкций в отношении компаний, участвующих в строительстве белорусской атомной электростанции (БелАЭС) на фоне инцидента с самолетом Ryanair, сообщила 30 мая Financial Times

Ингрида Шимоните рекомендовала Евросоюзу рассмотреть все виды санкций против Белоруссии, включая ограничение доступа к финансовым рынкам, а также в отношении участников строительства БелАЭС.

Возведением АЭС в Гродненской области Белоруссии с 2011 года занимается компания «Атомстройэкспорт», которая входит в Росатом. Проект призван снизить потребление газа и других традиционных ресурсов, а также увеличить экспорт электроэнергии.

Запуск в эксплуатацию первого блока БелАЭС запланирован на июнь текущего года, второй запустят в 2022 году.

«То, что говорит премьер-министр является очередным риторическим приемом и не более того, - объясняет Андрей Стариков. - БелАЭС для литовского политического руководства больная тема, которая считывается им абсолютно неадекватно. Никаких вменяемых аргументов относительно атомной электростанции у Вильнюса нет».

Эксперт отметил, что с самого начала строительства Литва не перестает пугать общественность новым Чернобылем и гипотетической аварийностью и тому подобным.

При этом все возможные проверки, в том числе, неоднократные визиты МАГАТЭ на станцию, показывали ее соответствие наивысшим требованиям безопасности в атомном строительстве.

«Попытка увязать сейчас обе ситуации: кризис в отношениях Белоруссии и Запада с БелАЭС – это эмоциональный жест от бессилия и безысходности, потому что никаких санкций против участников строительства станции со стороны Запада не будет», - констатировал Стариков.

Премьер-министр Литвы также не преминула упрекнуть США из-за решения не вводить ограничительные меры в отношении оператора «Северного потока – 2» - компании Nord Stream 2 AG.

Более того, Ингрида Шимоните предостерегла Берлин и Вашингтон ставить экономические интересы во главу угла и «закрывать глаза на неприятные вещи».

Андрей Стариков не видит ни одной причины, по которой Ингрида Шимоните может быть услышана.

«Во-первых, госкорпорация попросту не имеет отношения к инциденту, - рассуждает политолог. - Во-вторых, если бы эти гипотетические санкции могли бы быть введены, нужно учитывать инерцию и медлительность брюссельской бюрократии, все блоки будут достроены и запущены, а БелАЭС выйдет на заявленную мощность еще до того, как будут согласованы ограничительные меры.

В-третьих, санкционировать Росатом еще более нелепо, чем участников строительства «Северного потока - 2». При этом за «СП-2» стоит давление США на Европу, которое не увенчалось успехом, ведь Байден признал, что газопровод достроят и портить отношения с ЕС в этой части контрпродуктивно».

Росатом - один из немногих игроков на мировом рынке строительства атомных электростанций, а его преимущества в столь узкой нише, очень сложной и технически наукоемкой, значительно превосходят возможности остальных участников.

«Росатом идет нарасхват по всему миру, - комментирует Стариков. - Чехия до скандала с Россией планировала, что именно он будет строить новые энергоблоки на АЭС «Дукованы». Объекты Росатома находятся в Индии и других странах, госкорпорация имеет десятки объектов по всему миру».

Представить, что по просьбе Литвы будут выстроены барьеры, способные нарушить столь созависимый и узкий рынок атомного строительства, просто нелепо. Даже для текущей ситуации это слишком фантасмагорично.

Вряд ли кто-то обратит внимание на Литву, тем более, что по вопросу БелАЭС ее давно никто не слушает: ни в Брюсселе, ни в самой Прибалтике. Вильнюс сказал так много всего мифологизированного, что даже в голову не приходит соотносить это с реальностью, заключил эксперт.