РФ сохраняет шансы избежать выполнения многомиллиардных решений по делу ЮКОСа
flickr.com

Разглашение данных о разбирательстве не повлияет на решение арбитража по малому делу ЮКОСа, отметил в комментарии для ФБА «Экономика сегодня» профессор кафедры международного права МГИМО, доктор юридических наук Дмитрий Лабин.

Арбитражи в Гааге создали проблемы для РФ
wikipedia.org  / PD

Россия недовольна решением по второму делу ЮКОСа

Автономная некоммерческая организация «Международный центр правовой защиты» (МЦПЗ) заявила, что раскрытие нидерландским фондом Yukos Foundation того, что международный арбитраж вынес решение в пользу Yukos Capital SARL в споре с РФ, является «грубым нарушением» обязательств истца, который был обязан сохранять частным и конфиденциальным результат разбирательств.

МЦПЗ по поручению Генпрокуратуры РФ представляет российские интересы в зарубежных спорах по делу ЮКОСа.

В 2021 году Генпрокуратура РФ сменила Минюст РФ в качестве ответственной стороны в международно-правовых спорах Москвы, за исключением разбирательств в ВТО, но работу по второму иску ЮКОСа продолжил созданный в начале 2015 года МЦПЗ.

Учредителями МЦПЗ были Институт государства и права Российской академии наук и Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, а возглавил организацию бывший директор департамента экономического сотрудничества МИД РФ Андрей Кондаков.

Генпрокуратура отвечает за разбирательства в международном арбитраже
Федеральное агентство новостей  / Борис Гришин

МЦПЗ имеет в виду решение международного арбитража, созданного при посредничестве Постоянной палаты третейского суда в Гааге. Арбитры присудили Yukos Capital серьезное возмещение. Истец говорит о 5 млрд долларов, а Генпрокуратура – о 2,6 млрд долларов.

Разбирательство началось в 2013 году, поэтому разницу в 2,4 млрд могут составлять «проценты и издержки», но непонятно, как они набежали, это слишком большая сумма даже для такого процесса. Однако в любом случае над Россией навис еще один неприятный иск.

В 2014 году международный арбитраж присудил акционерам ЮКОСа 50 млрд долларов возмещения, Россия решение не признала и оспорила в первой инстанции нидерландского суда, вторая инстанция заняла сторону истцов и увеличила стоимость дела до 58 млрд долларов.

Осталась последняя инстанция – Верховный суд Нидерландов, и на этом фоне случилась данная история с малым делом ЮКОСа, по нему РФ подаст апелляцию в нидерландский государственный суд, а МЦПЗ также поставит вопрос о разглашении результатов арбитража.

Однако главный вопрос не в этом, а в том, есть ли у РФ шанс решить проблему. Ситуация с делом ЮКОСа напоминает снежный ком и имеет неприятный привкус – вряд ли это совпадение, что решение арбитров в 2014 году было вынесено через 11 дней после катастрофы MH17.

Нидерланды занимают жесткую антироссийскую позицию и раскручивают трибунал по MH17, получивший уже продолжение в ЕСПЧ, не выносят положительного решения по скифскому золоту и отказались переподписывать с РФ налоговое соглашение.

Нидерланды занимают антироссийскую позицию
pixabay.com  / 

Спор упирается в Договор к энергетической хартии 1994 года

«Основания у двух исков по делу ЮКОСа схожие и вытекают из одних обстоятельств, но это разные дела, которые находятся на различных процессуальных стадиях. Большое дело вышло на стадию отмены решения Верховного суда Нидерландов, в скором будущем ожидается итоговый вердикт по данному спору», – констатирует Лабин.

Что касается малого дела и вопросов конфиденциальности, то одним из преимуществ арбитража является закрытое рассмотрение спора.

«Затрагиваются серьезные экономические вопросы, огласки здесь не хотели бы ни государства, не говоря уже про коммерческие организации, которые также передают споры в арбитраж», – резюмирует Лабин.

Однако это отдельная проблема, разглашение сведений не может повлиять на арбитражное решение. В арбитражном соглашении могут быть штрафные санкции за разглашение, на которые имеет право претендовать пострадавшая сторона.

«Проигравшая арбитраж сторона может заявить об отмене решения как такового. Это не апелляция и не обжалование, а заявление об отмене решения по веским основаниям, которые здесь очевидны. Это именно то, чем воспользовалась РФ, когда подавала в нидерландский суд апелляцию по большому делу ЮКОСа», – заключает Лабин.

В таких делах необходимо ярко выраженное согласие государства на арбитраж. Оно дается особым образом, как правило, выражается путем признания обязательства по международному договору, включая все необходимые процедуры и его государственную ратификацию, и мы упираемся в историю с участием России в Договоре к энергетической хартии 1994 года.

Профессор кафедры международного права МГИМО, доктор юридических наук Дмитрий Лабин
facebook.com  /  Дмитрий Лабин

«Здесь нет ярко выраженного согласия РФ. Известно, что Москва подписала Договор к энергетической хартии 1994 года, но не ратифицировала его. С точки зрения Венской конвенции о праве международных договоров, это не означает выраженного согласия. На данном основании первая инстанция в Нидерландах отменила решение арбитража, пусть вторая и вернула ему силу», – констатирует Лабин.

Формально решение арбитража является окончательным и может быть отменено в суде страны по месту проведения по процессуальным обстоятельствам, в данном случае из-за отсутствия юрисдикции по причине нератификации РФ Договора к энергетической хартии 1994 года. Арбитры применили данное соглашение к России на основании спорных доводов.

Многое зависит от решения Верховного суда Нидерландов

«Очень важно дождаться окончательного решения Верховного суда Нидерландов», – заключает Лабин.

Нидерланды являются страной с романо-германской системой права. Суд здесь не должен руководствоваться прецедентами, т. е. судебными решениями по схожим делам, но судьи всегда смотрят на правоприменение.

Решение Верховного суда Нидерландов, в отличие от арбитражных споров, будет публичным, и все смогут ознакомиться с его доводами.

Большое значение у решение Верховного суда Нидерландов
wikimedia.org  / Bas Kijzers / Rijksvastgoedbedrijf

Возможна разная трактовка судьями доводов России в деле ЮКОСа: например, во время большого дела остались неучтенными апелляции к доктрине «чистых рук» и криминальному происхождению капиталов.

«Напрямую судьи не будут руководствоваться решениями другого суда. Процессуально надо все доказывать заново, но как вспомогательное средство используется доктрина. Процесс состязательный, однако стороны всегда ссылаются на комментарии специалистов и сложившуюся судебную практику. Это вспомогательное средство, но судьи тоже люди и оценивают аргументы по совокупности», – резюмирует Лабин.